Новости

Минусовки группы "КИНО" Виктор Цой 

  ДЕМО  запись сборника,

подробнее...


20 интересных фактов о фильме "Лето" 

Кирилла Серебренникова

 

подробнее.....


 Как выглядел В.Цой

в начале 1980х (фото)

подробнее....


 Значение фамилии Цой

подробнее....


 

Студия звукозаписи ОНЛАЙН #Beat Records

  Студия звукозаписи

ОНЛАЙН #Beat Records

http://beatrecords.ru

https://vk.com/club177554716

 

 

 

Петр Мамонов: «Цой не думал о том, чтобы самому быть сытым»

Петр Мамонов — «Труду» —

Почему Цоя до сих пор помнят? — Виктор Цой мало лет прожил, а много всего успел сделать. Есть жуткое выражение: «Кто успел, тот и съел». Это не о Цое. Цой не думал о том, чтобы самому быть сытым. Поэтому его песни до сих пор актуальны, их слушает молодежь. А почему? Да потому, что в песнях Виктора — свет, как и в его жизни, творчестве. А люди любят свет, как бы они ни притворялись, что любят тьму. Моя философия тоже заключается в одном лаконичном слове «свет». Ради света я согласился принять участие в съемках фильма «Игла: Ремикс», премьера которого состоится в начале сентября. В фильме о Цое «Игла», который вышел в 1988 году, у меня была та же роль — Артура. Но в «Игле: Ремикс» много всего нового. Например, мой герой читает целую лекцию о вреде алкоголя, в которой я четко рассказываю, сколько нужно пить, как выходить из запоя. Минут на 15 толкаю речь. Рассказываю все, что испытал на себе. — Вы сказали, что в песнях Цоя свет. И в ваших то же самое. Но почему, чтобы увидеть свет, надо пройти через полный мрак?

— Тьму я себе сам нарою, что и делал много лет. Но тьма мне больше не нужна. Как и не нужен ослепляющий свет софитов и прожекторов. Всем нужен тот свет, который и во тьме светит и греет.

— Бывают, наверное, люди, которые уже рождаются светлыми?

— Нет, мой друг, это не ценно! А ценно — когда ты светел вопреки всему! Существование Бога — это же научный факт. Бог есть. Что же ему, Богу, от нас надо? Наши делишки мирские? Нет. Богу нужен мотив, наше внутреннее движение к свету. И для этого нам, людям, необходимо пройти через преодоление. Если его нет, то дело плохо. Когда снимали фильм о Викторе Цое «Игла», у нас было столько препятствий! Одно не складывалось, другое не получалось, да еще я пьяный лежу.

Но картину сделали, через преодоление сделали. А там, где гладко, сыто, тепло, вкусно, удобно, — там нуль, а то и минус. Вот какой закон. Ты родился таким, как тебя Бог создал и родители, ну и что с того? Нет, ты, миленькая, давай сама что-тоделай, борись, иди. Вот тогда Отец Небесный скажет: «О, вот! На тебе! Заслужила!» Ну позвони ты этой подруге, с которой пять лет не разговариваешь, и посмотри, что будет, — аж взлетишь! Ведь это хорошо — не ссориться, не обижаться, не гордиться: Зачем ты нужна в этом мире? Чтобы на всех наорать?

Наш Бог — Бог порядка, а не хаоса. Расставь вещи в комнате, подмети, приберись. Все это очень практическое, жизненное. Неужели Отец хочет, чтобы тебе было плохо? Нет, он хочет, чтобы хорошо стало. Но обстоятельства бывают разные. Иногда нужно, чтобы ты терпела, где-то промолчала, где-то успокоилась. А что случается, когда люди якобы за правду идут, флагами машут, стреляют друг в друга? Дьявол рад!

— Непротивление злу пропагандируете?

— Нет. Если кто-то слабого обижает, если кто-то старухе раздавил очки, так дай ему в рыло, если пацан. А если девушка, то сделай замечание, одерни, объясни. Проходить мимо нельзя.

 — Со времен Цоя молодежь сильно изменилась. Что можете сказать о ней?

— Молодежь не избалованная, как о ней говорят, а несчастная. Интернет — мусорная корзина, в которую свалены отходы всех стран, и он поглотил нашу молодежь. Раньше писатель как работал? Сначала мысль, потом перо, потом машинка, потом редактура. Мысль проходила множество этапов, пока не созревала. А в интернете — щелкнул сюда, щелкнул туда — разыскать здоровый импульс чрезвычайно тяжело. Нынешнее поколение нуждается в поводырях, и без них не выйти к свету. Вот я смотрю десятки фильмов — сначала выбираю, а потом даю жене, сыну, знакомым.

А 15-летний парень иногда не понимает, почему нельзя взять чужое. Никто не сможет ему это объяснить, и даже хорошее кино не сможет. Все эти понятия впитываются до четырех лет. А если папа — «бе, бе, бе», мать — «ме, ме, ме», а бабка говорит: «Не слушай их, бестолковых родителей»? Тогда ребенок растет уродом. Идет по улице и видит рекламу: «Купи все и сразу. Если не умеешь работать руками, работай ногами. Хватай и беги». Кто вешает такую рекламу? Дядьки, которые на бабках сидят и рулят молодыми.

— А разве фильмы, в которых вы снимаетесь, бессильны повлиять на молодежь? Например, та же «Игла», которая была вашим актерским дебютом, или новая «Игла: Ремикс».

 

— Кино — режиссерское искусство, а актеры в нем только пешечки, как на шахматной доске. Поэтому актеры даже думать не должны об общем замысле или идее. Приведу вам пример: во время работы в фильме «Остров» я и Виктор Сухоруков в результате бессонной ночи придумали этюд — как нам казалось, шедевр. А когда пришли утром на съемочную площадку и показали нашу сцену Павлу Лунгину, то услышали в ответ, что плод нашей с Витей бессонной ночи — полный ужас.

Павел Семенович объяснил, почему мы потратили время впустую: «Вы же не знаете ни того, что было до этой сцены, ни того, что было после». Вот режиссер видит всю ткань фильма, и каждый в нем эпизод тонкой и прочной ниткой вплетен в общий узор. Как актер я доверяю свой краткий отрезок жизни режиссеру. А я должен, как кот, существовать в кадре адекватно. Уверен, что за актером стоит его жизнь. Как актер живет, таким он и будет в кадре. Таким был Цой, например. Жан Габен играл повара, как будто он всю жизнь был поваром, играл каменщика, и ни у кого не возникало сомнений, что он каменщик. В чем же дело?

В мировоззрении. Актер становится человеком, которого играет, но остается при этом таким, какой он есть. Кино только тогда способно запасть в душу молодого человека, когда в каждом кадре все настоящее.

— Жан Габен — ваш любимый актер?

— Я против кумиров. Жан Габен или Виктор Цой адекватно существовали как в своей жизни, так и в профессии и были на сцене такими же, как в жизни. Надо и нам снять эти шоры с глаз и взглянуть открыто, прямо друг на друга и на себя. Насколько мы открыты, честны, искренни — настолько мы люди. А все остальное — собачье дело. К сожалению, собачье дело в нашем обществе и особенно в СМИ выдается за смысл жизни, за цель, за истину. Вот открываю некоторые газеты и вижу там: «Колдую». И это в XXI веке? А печатать голые задницы — зачем это? Мир состоит из клеточек, как организм. Если сам станешь светлым, то вокруг тебя сразу наступят оздоровление и чистота. Вот Виктор Цой жил чисто, спокойно, весело. Брал гитару и пел. А молодежь его слушала и слушает.

— Возможно, вы выделяете в творчестве Виктора Цоя то, что особенно вам близко, то, что вызывает у вас воспоминания о совместной работе?

— Я люблю ту власть, которую песни Виктора имеют над моей душой, истоптанной многочисленными грехами. Мне нравится Цой ранний, когда еще не начались в его жизни стадионы, слава, поклонение. Лично мне в тот свой период он больше светит. В Питере Цой был чужим среди всех модных, знаменитых, обожаемых. На самом деле никакие они не модные и не знаменитые, а ручки шариковые. Надо не ручкой шариковой писать, а пером, причем стальным.

В человеке звучит только то, что в нем есть. И никуда не спрячешься: ни за аппликации, ни за изыски, ни за припудренность. Какой ты есть пацан, таким и будешь. Особенно на сцене это чувствуется, особенно в пении. Вот я как дам, так у меня аж пуля изо рта летит. И все улыбаются: и молодежь, и старики. Но я 30 лет на сцене. Если есть искра, значит, есть.

— Вам практически сразу удалось добиться органичности — как в кино, так и на сцене. Может, просто заняли правильную нишу?

— А может, в моем характере есть такая собачья грань, которая не позволяет фальшивить?! По большому счету, это не мое дело — себя оценивать. Я сделал, а вы, критики, думайте, что у меня получилось, а что нет. Мы испекли свой хлеб, а вы оценивайте его, чтобы заработать свои «бабки». Вы же не приходите в булочную и не спрашиваете: «А как вы пекли хлеб, каким способом?» Вы спрашиваете, свежий он или нет, и покупаете.

— Говорят, Виктор Цой играл в «Игле» самого себя. Вы тоже во многих фильмах играли практически самого себя — Петра Мамонова в грехе или святости. Или это так кажется?

— Да вы попробуйте сыграть самого себя! Разве кто-нибудь знает, кто он такой? Через час, минуту все меняется: настроение, погода, мысли: После фильма Павла Лунгина «Такси-блюз» мне твердили: «Вот вы играете самого себя». Какая это ерунда! Никто не играет самого себя. Другое дело — уметь органично существовать в кадре. В театре самое страшное — выйти с собакой на сцену. Тогда провал обеспечен. Собака мгновенно убирает актера со сцены, потому что у нее все чисто, четко. Насколько актер приближается к собачьему, настолько хороша его игра. Единственно верный путь приблизиться к органике собаки — убрать самого себя. Нет, не личность свою, а яканье: «Я считаю. Я умею. Я — гений». Когда солнце заходит, стань в сторонку и дай ему, солнцу, сиять. Не мешай, а просто любуйся. Тогда сияет божественный свет — на экране, в спектаклях, наших песнях. Нужно, чтобы он был, понимаете?

— Ваш герой в «Игле» — врач-наркоторговец. Вы когда-то успешно побороли наркозависимость. Наверняка вам есть что сказать об этой проблеме людям?

— Если душа потянется вверх, то сразу начнется выздоровление. Никого и никогда не надо шпынять: «Вот давай, бросай, пойдем в церковь, пойдем в лечебницу». Себя приведи в порядок, чтобы с тобой всем было просто, весело и приятно. Чтобы все говорили: «Вот какой дядька — веселый, хорошенький. И анекдот может рассказать, и жизни поучить». К нам домой приезжают друзья сына и говорят: «Ой, какой у тебя отец клевый!» И для меня это лучшая похвала.

— В последние годы живете в деревне, да еще отшельником. Неужели вам не хочется общения?

— Я всю жизнь был с улицы Горького. Чуваки с центра, а пацаны с района. Вот я всегда был центровой. На Маяковке в подвале собирались, занимались карате, пели. А теперь мне интересно пожить в деревне. В центре уже неинтересно.

История группы "КИНО"

 

Впервые Виктор начал играть в группе еще 13-летним школьником – это был колектив «Палата № 6» во главе с товарищем Вити по «художке» Максимом Пашковым. По воспоминаниям Пашкова, Виктор очень любил музыку, но играть на гитаре поначалу совершенно не умел. Скинувшись втроем, ребята купили ему в комиссионном магазине бас-гитару: они подумали, что на ней научиться играть проще, потому что там «всего четыре струны». Третий участник группы стучал в пионерский барабан, и вместе они исполняли хард-рок в стиле Оззи Осборна и «Black Sabbath». Ребята взрослели и очень быстро прогрессировали в игре.

                                                                            подробнее...


 

Виктор Цой, биография.

Виктор Цой, биография.

 

Виктор Цой является феноменом российской рок-музыки. Лидер рок-группы «Кино», музыкант и киноактер, он стал кумиром поколения перестройки. Творческое наследие, которое певец оставил за свою недолгую жизнь, неоднократно переосмысливалось его современниками и следующими поколениями музыкантов.

Явление, которое представляла группа «Кино» на постсоветском пространстве, было уникальным: проблемы, поднимаемые в песнях Цоя, до сих пор продолжают волновать юные умы.

Иногда трудно понять и объяснить, чем же Виктор Цой заслужил такую тотальную всенародную любовь. Голос народа, символ эпохи русского рока, дыхание перемен – такие обозначения очень кстати, когда вспоминают имя легендарного музыканта.

                                                                                     

 

                                                                                             подробнее...


 

Георгий Гурьянов, биография.

27 февраля 1961 года в семье Константина Федоровича Гурьянова и Маргариты Викентьевны родился сын Георгий Гурьянов. Родители Георгия были по специальности геологами. Рождение ребенка произошло в родильном доме, расположенном в Петроградском районе Ленинграда. Отец будущего музыканта умер в 1993 году, а мать скончалась в 2013 году. Детство С самого раннего детства, еще до поступления в школу, Георгий Гурьянов стал учиться в музыкальном кружке, находящемся в Доме культуры имени Козицкого. Там мальчик обучался игре на фортепиано....

 

 

                                                           подробнее...

 

 


 

 

Сергей Соловьев о Виктоер ЦоеС творчеством Цоя меня очень всерьез знакомил Африка (Сергей Бугаев). Он приезжал на съемки “Ассы” всегда с кассетой и говорил: “Вот, Витя записал новую песню, сейчас послушаем”. А Паша Лебешев, оператор нашей картины, каждый раз громко возмущался, кричал: “Я под это есть не могу!” И мы с Африкой уходили за угол, и он мне давал слушать. Именно в те времена были написаны практически все песни “Черного альбома”. Но и в “Ассе” поначалу Виктор Цой не то что не предполагался, а я его изначально просто выгнал. Замечательная история!


Когда я познакомился с Африкой и задумал “Ассу”, я попросил найти мне какую-нибудь группу. Тогда я еще ничего толком не понимал (в молодежной субкультуре. — Прим. “ЗД”), я был очень взрослый и очень серый. Известный советский кинорежиссер, лауреат государственных премий. Считал, что дома можно слушать только Малера, и я его слушал. А вот это (рок и т.д.) я не то что не понимал, а вообще об этом ничего не знал.

 

 


И прошу я, значит, Африку привести мне какую-нибудь группу. Он говорит: самых лучших приведу. Я объясняю: мне все равно — лучшие, худшие, я по лицам будут выбирать. И он привел мне на “Мосфильм” всю группу “Кино” в мое кино. Я им объясняю: вы, ребята, не обижайтесь, но кино — дело такое темное, я сейчас на вас посмотрю и по лицам выберу. Они на меня, конечно, посмотрели с большим подозрением: мол, как это, ИХ — “по лицам” выберут?! Мне “Густав” (Георгий Гурьянов) очень понравился. А мимо Вити Цоя несколько раз прошел и сказал в итоге: “А вам не надо, спасибо”.
Африка меня тихо позвал в коридор и заговорщически начал нашептывать: “Вот этот кореец — это же Цой!” Я не понимаю: “Какая мне разница, какая у него фамилия?! Я же не по фамилиям, не по музыке и не по вокальным данным выбираю, а по физиономиям! Я же это объяснил! Зачем мне кореец, Африка?..” Он на меня, конечно, посмотрел как на безумца.


Из грязи — к князю


На следующий день мы с Африкой поехали в Ленинград, и он мне говорит: “Пойдем послушаем”. “Кого?” — спрашиваю. “Корейца” — он не стал говорить — Цоя, потому как знал, что меня эта фамилия страшно раздражает. И тут я включился в странную историю: мы бегали полночи из одного ДК в другой (клубов в нынешнем понимании тогда не было, а были “очаги советской рабоче-крестьянской культуры” — т.н. дома и дворцы культуры. —  Прим. “ЗД”), а Цой таинственно перемещался на машинах, потому что его не пускали то в один ДК, то в другой.


Я вдруг увидел себя со стороны в толпе каких-то безумных идиотов, которые бегут по городу, по лужам, все разбрызгивая, в дерьме, в грязи, от одного дворца культуры к другому, чтобы только попасть на концерт какого-то корейца! И подумал: не ущипнуть ли мне себя? Наконец мы оказались в немыслимой развалюхе — грязной, пыльной, с разломанными сиденьями. Люди спотыкались, падали, толпились, взбирались на эти сиденья, плотно забив собой все пространство у сцены. В зале стоял невообразимый гул. И тут начался… совершенно изумительный концерт Вити, на котором мы уже и познакомились по-человечески.


К тому времени я был уже очень взрослый и очень трудновоспитуемый человек. Процесс моего художественного развития по подвалам происходил только в силу исключительной творческой мощи произведений, на которые я там наталкивался. Можно было сколько угодно бить меня по голове палкой и говорить, например, что Цой — это Цой, мне это было до лампочки. Но когда я попал на этот странный концерт и услышал Цоя, я совершенно обалдел. Я подошел к нему и говорю: “Вить, давай, это, договор заключим…”


Тайна Востока

 


Витя был очень закрытый, очень недоверчивый, очень неразговорчивый человек. Как-то я снимал картину в Японии (“Мелодии белой ночи”. — Прим. “ЗД”), и один умный японовед сказал мне: “Вы там полтора года проживете с ними, но так и не поймете, кто из них кто — кто хороший, кто плохой, кто вам друг, а кто враг, — ничего не поймете”. Так и было…


С Витей я довольно долго и много общался, не так, правда, как с Африкой, Курехиным или БГ, но тоже абсолютно ничего так и не понял. Какой он был, я по-прежнему не знаю. Он был настоящий восточный человек. Похож на ацтекскую скульптуру, очень загадочную и величественную. Такие скульптуры ваял Модильяни, и к портрету Анны Андреевны Ахматовой он бы добавил совершенно грандиозный мужской образ, если бы они могли встретиться.


Чем больше я слушаю Цоя (а временами бывает на то охота), тем больше до меня доходит что-то. Чем больше до меня доходит и чем больше я слушаю, тем больше я понимаю, что он большой, серьезный и уникальный русский поэт. Музыкальный поэт. Такой же, пожалуй, как и Мандельштам. С годами он становится для меня менее загадочным, чем был при жизни, но значительно более величественным и большим, чего я при его жизни, скажу честно, вообще не понимал.


Почти такая же история была у меня с Володей Высоцким. Я с ним познакомился, когда он не написал еще никаких своих песен. Его одноклассники поступили со мной в Институт кинематографии, он пришел поздравить своих товарищей, и мы по этому случаю выпили бутылку водки, причем я пил водку в первый раз. Потом мы приятельствовали, и кто-то мне сказал, что он играет и поет, но у меня это никак не вязалось с образом Володи, с которым мы тырили стакан в отделе соков продмага, потому что купили бутылку, а стакана не было. Он отвлекал продавщицу, а я тырил. И даже услышав потом песни Володи, я долгое время ничего не понимал. “Если друг оказался вдруг…” — да, мило, но тогда у нас был Окуджава кумир! А с Высоцким мы стакан тырили. Сейчас я понимаю, что он огромнейший поэт. До меня это дошло спустя много лет. И с Витей Цоем похожая история.


Киноман из дурдома


Зато при жизни Вити по странному стечению обстоятельств я неожиданно почувствовал в нем тайного киномана. Во время съемок “Ассы”, уже после того как я забраковал, а потом разбраковал кандидатуру Цоя, я вдруг вспомнил то, чего не вспомнил во время “смотрин” на “Мосфильме”. Оказывается, я не только видел Цоя раньше, но и имел достаточно лестное мнение о его “киногенических” данных. Рашид Нугманов (будущий режиссер “Иглы”, где Цой сыграл главную роль. —  Прим. “ЗД”) учился у меня на казахском курсе во ВГИКе и стал проситься в Ленинград на съемки курсовой работы. “Что за необходимость такая?” — возмущался я, потому что надо было оплачивать командировку и весь курс остался бы без денег. А он говорит: “Там в одном подвале есть кореец, он кидает лопатой уголь в топку и поет песни в своей кочегарке”. Я ему говорю: “Наверняка в Москве можно найти до фига корейцев, которые кидают уголь лопатой в подвалах и чего-то при этом поют”. Он посмотрел на меня как на придурка, тайно уехал в Питер и показал мне потом материал (короткометражка “Йя-хха!”, снятая с оператором Алексеем Михайловым, стала в 1986 г. громкой сенсацией нарождавшегося неформального кино. —  Прим. “ЗД”). Тогда я впервые и увидел Цоя, и он поразил меня исключительной артистической фактурой личности, когда кидал этот уголек и чего-то напевал там под гитарку. Как в Жане Габене чувствовалась природная мощь артистизма, когда он просто стоит, руки в карманах, ничего не делает, а вокруг сияет колоссальная артистическая аура. Вот это я увидел у Цоя в фильме Рашида — и благополучно об этом забыл, когда Африка привел Витю на “Мосфильм”. И что было очень трогательно — потом, после “Ассы”, Витя стал ходить к нам во ВГИК на лекции, а я сказал Рашиду: “Держись за него двумя руками”. И у них вышел прекрасный тандем, они подружились. Еще до “Иглы” сделали постановку у нас на курсе “Отцов и детей” по Тургеневу. Как сказали бы сейчас — арт-хаусная версия. По сути это был форменный дурдом, но это был завораживающий дурдом, а Витя играл там Базарова совершенно грандиозно. При этом он не шевелил практически ни единой мышцей лица, и это производило совершенно завораживающее впечатление.


Лучше клоп, чем конформист


Не могу сказать, что после “Ассы” я как-то особо проникся к русскому року, но все-таки какие-то связи возникли. Я много слушал Борю Гребенщикова, мы очень дружили с Сергеем Курехиным, он меня образовывал как мог, мы много разговаривали о “Поп-механиках”, потом я их смотрел, потом он писал музыку к “Трем сестрам” у меня. Мы стали действительно очень близки, хотя ни разу в жизни я не пытался примазаться к их художественным достижениям, хотя кто-то и говорил, что Соловьев на старости лет, мол, присосался как клоп к Ленинградскому рок-клубу. Но я был очень восхищенный “клоп”, потому как считаю, что эта полоса питерского рока, к которой принадлежит и Витя Цой, дала белому свету некоторое количество абсолютных шедевров. Вся сила Вити, Бори Гребенщикова, Сережи Курехина, Тимура Новикова, Африки не в том, что они были “рок”, а в том, что этот рок состоял из художественных индивидуальностей исключительной силы и мощи.

 


С тех пор что-то произошло с художественной генетикой нации. Шедевров больше не рождает не только рок-тусовка. На наших глазах авангардное искусство вдруг превратилось в соцреализм нового времени, а многие из современных авангардистов напоминают мне удачливых приспособленцев-комсомольцев, довольных своей жизнью. Процветает конформизм. Это размывает волю и порождает творческое бесплодие. Нет ни нового Тарковского, ни нового Тимура Новикова, в конце концов, ни нового Цоя.


Я не знаю, что было бы с Витей, если бы он на том повороте под Ригой обманул смерть. Конечно, хорошо было бы увидеть сейчас его, убеленного сединой на висках… Но можно ли представить старенького Пушкина, прогуливающегося с тросточкой по Летнему саду? Ерунда какая-то. Это — рок. Хотя я до сих пор не могу представить, что нет и Сережи Курехина, и не будет уже никогда большого цикла русских опер, которые он задумал для Большого театра, и этого уже никто не напишет…


Витя Цой был феноменально жизнеспособен. Возможно, он был бы связан сейчас больше не с рок-музыкой, а с кино — не зря ведь он именно так и назвал свою группу: “Кино”. 

 

Георгий Гурьянов, биография, личная жизнь.

27 февраля 1961 года в семье Константина Федоровича Гурьянова и Маргариты Викентьевны родился сын Георгий Гурьянов. Родители Георгия были по специальности геологами. Рождение ребенка произошло в родильном доме, расположенном в Петроградском районе Ленинграда. Отец будущего музыканта умер в 1993 году, а мать скончалась в 2013 году. Детство С самого раннего детства, еще до поступления в школу, Георгий Гурьянов стал учиться в музыкальном кружке, находящемся в Доме культуры имени Козицкого. Там мальчик обучался игре на фортепиано, а также на струнных инструментах: гитаре, балалайке, домре. На будущую жизнь музыканта повлияло творчество британской рок-группы Led Zeppelin, произведения которой однажды услышал ребенок. Как позже заявил сам музыкант, именно благодаря этим рокерам он стал ходить в кружок. Преподаватели, услышав от Георгия причину, по которой он записался к ним, сказали, что для начала ему необходимо хотя бы научиться играть на балалайке. 

Уже ставший знаменитым Гурьянов рассказывал: «На балалайке я научился играть, но это было совсем не похоже на мою любимую группу. На это преподаватель мне сказал, что нужно играть рок-музыку восемь часов в сутки, тогда я смогу получить нужный опыт». 

Годы учебы Окончание школьной жизни мальчика пришлось на 1976 год, он заканчивал общеобразовательную школу №363, которая располагалась в Купчино. Годом позже Гурьянов окончил Петербургскую художественную школу №1, а на следующий год был зачислен в Ленинградское художественное училище имени Серова. Учеба здесь не удалась, поэтому через год музыкант бросил обучение. Жизнь в столице, путешествия, личная жизнь Конец семидесятых годов Георгий Гурьянов встретил в Москве, в которой прожил до начала следующего десятилетия. За время проживания в столице совместно со своими знакомыми основал Клуб друзей Маяковского. После этого переехал в Санкт-Петербург, где провел все годы своей жизни и работы. Перед своей смертью музыкант проживал на Литейном проспекте. 

Любил Георгий путешествовать. За время своей жизни побывал во многих странах, посетил такие страны, как Франция, Италия, Соединенные Штаты Америки, Голландия, Германия, был в Кадакесе и Лондоне. Из всех тех городов, в которых ему посчастливилось побывать, Георгий самыми любимыми называл Лондон, Мадрид и, конечно, свой родной Санкт-Петербург. Георгий Гурьянов, личная жизнь которого не сложилась, ни разу не был женат. Распространяться на этот счет музыкант и художник не любил. Георгий Гурьянов, семья которого состояла только из родителей, все свои жизненные силы отдавал искусству. Работа в «Кино» Как музыкант и исполнитель, Георгий Гурьянов, фото которого знают большинство поклонников Виктора Цоя, внес свой неоценимый вклад в развитие знаменитой группы "Кино". 

Работа в «Кино» Как музыкант и исполнитель, Георгий Гурьянов, фото которого знают большинство поклонников Виктора Цоя, внес свой неоценимый вклад в развитие знаменитой группы "Кино".

1982 год пересек его судьбу с Виктором Цоем. Чуть позже, с 1984 года, музыкант вошел в состав группы "Кино" в качестве ударника и аранжировщика. Одновременно он был на бэк-вокале. До самой смерти Виктора Георгий Гурьянов, личная жизнь которого интересовала всех поклонников рока, оставался в "Кино". Как известно, после гибели Виктора Цоя группа распалась. Именно в период работы с Цоем к Гурьянову приклеилось прозвище «Густав».

Участие в различных музыкальных составах 1978-1979 годы Гурьянов провел, участвуя в рок-группе «Дядя Сэм», основателем которой был Сергей Семенов. Георгий музицировал в ней на бас-гитаре. Успел он поучаствовать и в панк-команде. С 1983 по 1984 гг. музыкант участвовал в «Автоматических удовлетворителях». Успел Гурьянов проявить себя и в таких составах: «Народное ополчение», «Игры». В первом он подсоблял записывать ударные, во второй сам был барабанщиком. Восьмидесятые, помимо "Кино", дали ему опыт сотрудничества с таким ансамблем, как «Новые композиторы». Этот дуэт был одним из первых в Советском Союзе, игравшим электронную музыку. Они даже пытались осуществить коллективный проект с "Кино", назвав его «Start». В «Балете трех неразлучников» на музыку участников - "Новых композиторов" И. Веричева и В. Алахова - Гурьянов в 1984 году исполнил партию. 

В качестве ударника Георгий фигурирует в составе группы «Поп-механика» под руководством Сергея Курехина. Здесь же он был и вокалистом. Деятельность в этой группе пришлась на 1985 год. По своей игре на барабанах Гурьянов, можно сказать, оглядывался на зарубежные группы типа Duran Duran. Его игра отличалась от других музыкантов того времени своеобразностью и стильностью. При этом играл он стоя, а не сидя. Участие в рейвах В конце восьмидесятых Георгий Гурьянов стал особо обращать внимание и уделять достаточное время таким направлениям, как техно и хаус, имеет отношение к клубным течениям и даже создает в Северной столице первоначальные «рейвы». Георгий был одним из основателей и организаторов столичных рейвов "Гагарин-party" и "Мобиле-party". Ему же принадлежит авторство символики на баннерах этих начальных рейвов.

Кинофильмы Карьера Георгия сложилась не только в музыкальном творчестве, параллельно он снимался в кинофильмах и музыкальных клипах. Из фильмов с его участием можно отметить ставшие легендарными «Асса», «Рок», «Конец каникул». В них он сыграл себя. Помимо этого, Георгий снялся еще в нескольких фильмах. Не единожды Гурьянова приглашали на съемки телепередачи «Пиратское телевидение», даже был ведущим спортивного проекта «Спартакус». В 2010 году сыграл в фильме "Игла" Remix, исполняя эпизодическую роль диджея. Рашид Нугманов рассказывал, что он предлагал Гурьянову исполнить роль в его кинофильме "Игла". Ему была предназначен персонаж сборщика марихуаны, едущего на дрезине. От этого предложения музыкант отказался. 

Занятие живописью Еще в 1979 году Георгий Гурьянов контактирует с Тимуром Новиковым и вступает в так называемую команду «Новые художники». С этого момента музыкант экспонирует собственные картины и берет на себя непосредственное членство вместе с Новиковым в разных программах. С конца 1989 года Георгий становится участником группы нового академизма. До конца жизни после этого Гурьянов выставляет свои работы не только на территории России, но и за рубежом. В 1990-1991 годах музыкант и художник по совместительству Гурьянов участвует сразу в нескольких проектах, среди которых Первая выставка на пролете Дворцового моста, "Молодость и красота в искусстве", "Академизм и Неоакадемизм". После участия в этих мероприятиях Георгия Гурьянова среди друзей окрестили «Совесть петербургского стиля». Все девяностые годы Георгий участвует в различных выставках, проектах, движениях. Основной темой художника является спорт во всех его проявлениях. Неоднократно, как в девяностых, так и в начале этого века, организовывались и проводились персональные выставки Гурьянова. Заключительные годы В 2013 году Георгий Гурьянов проходил лечение в лечебном заведении имени Боткина. Музыканту был поставлен диагноз гепатит С, онкология. Тяжкая болезнь не позволила Гурьянову продолжить свою работу. После выписки из больницы он был отправлен в Германию, прошел цикл химиотерапии, однако положительных результатов она не дала. После до самой смерти он находился дома в серьезном положении.

20 июля 2013 года Георгий Константинович Гурьянов умер. Был похоронен на Смоленском кладбище. За время своей жизни Георгий Гурьянов, биография которого наполнена огромным жизненным смыслом, показал себя не только хорошим музыкантом, но и талантливым художником, в чью память не раз организовывались различные мероприятия, выставки, встречи.